Меню
12+

Инфо-портал НЖ. Люди/События/Время/Суксунский район

10.06.2014 12:55 Вторник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

На конкурс "Премия фестиваля Золотое перо - 2014"

Материалы учеников Ключевской средней школы.

Работа Виктории Мининой
"Вдвоём на льдине"

«Вдвоем на льдине», — так называется наш последний спектакль, с которым мы выступали на традиционном районном конкурсе детских театральных коллективов. Само произведение Юлии Вознесенской «Вдвоем на льдине» потрясающе. Сколько чувств и эмоций испытываешь, когда читаешь эту маленькую летнюю повесть. Невозможно не прослезиться, читая такой грустный конец.

            У меня была совсем небольшая роль, поэтому я наблюдала за тем, что происходило на сцене, из-за кулис. Я прониклась той атмосферой… Я действительно поверила актёрам. На время они стали не моими друзьями и одноклассниками, а врачами, больными детьми.

 Спектакль – это маленькая жизнь… Это чувства, эмоции, радость, слёзы. Кто-то скажет, что всё это не настоящее, но это не совсем так. Каждый актёр обязательно должен прочувствовать свою роль, чтобы зритель, находящийся в зале, поверил ему. Актёр должен полюбить своего героя, стать этим героем. И тогда все эмоции передадутся зрителю.

            Театр – это прекрасно. Даже школьный с непрофессиональными актёрами. Ведь важно не то, какое образование у актёра, стаж, а важно то, как он чувствует свою роль.

            Больше всего меня удивляет, как сильно может измениться человек, войдя в роль. Это перевоплощение как волшебство. Обычный человек вдруг становится врачом или вожаком стаи, амазонкой или Татьяной из романа Пушкина «Евгений Онегин»…

            Я не знаю, как остальные, но перед выходом на сцену я ужасно волнуюсь. Для меня это настолько важный момент, что волнения просто не избежать.

            Театр – это волшебство… Это сладкий обман, пожалуй, единственный обман, которому мы поддаемся с удовольствием!     

____________________________________________________________________

Работа Дмитрия Сырвачева
"Ко дню матери"

Я бы сам не сказал,

                     письмом как-то лучше…

 

Под сенсорным стеклом

В календаре андроида

Кончается осенний месяц

Уже давным-давно

Текущего года.

Я должен кое что сказать,

Но не смогу, наверное,

Завязать диалог

За неимением

Твоего свободного времени

И на клеёнке стола

Оставляю записку,

Не выкинь её смятую

В первую же мусорку,

Пойми и выслушай. Please.

 

Начну с того, что для начала

Будет более логичным

Прости за все поступки,

Совершённые мной,

И порой эгоистичные,

За то, что я не стал

Таким же, как отец

И что уже давно

Не оправдываю

Возложенных на меня надежд.

А для тебя я до сих пор

Ребёнок с характером соли,

Хотя уже

Шестнадцать лет подряд

Глаза вам тут мазолю,

И на два сантиметра

Выше тебя ростом

Даже без учёта

Белой подошвы

Моих найковских кросс.

Хотя они давно уже

Далеко не белые.

В купе

С дождём и слякотью

Осенние листья летели,

И я по осени гуляю

В одной кофте на улице,

А ты со мной

Как с маленьким:

«Оденься, а то простудишься».

 И хоть аляска у дверей,

Но мне совсем не холодно –

Мысли о том,

Что нужен таким, как есть

Греют четырёхкамерный орган.

Хоть я не идеален

И в конец от рук отбился,

Не стал примером

И вряд ли уже

Смогу остановится

Не спать по ночам

И unseeing минуты,

Переводя единицы времени

В одну единственную,

Ещё не известную мне валюту.

Но тем не менее

Ты мне это всё прощаешь.

Конечно любишь,

И минусовых качеств

Моих почти не замечаешь.

Не грузись по замечаниям,

Я тебя прекрасно понимаю:

Намекаешь на лажи в характере

И помогаешь стать правильнее.

 —Ну, что, пока угадываю?

 

Но речь идёт сейчас

Не обо мне совершенно.

Письмо оставлено тебе

И посвящается тебе,

Ведь слово «мама» нетленно.

И это не просто слово,

И не просто звание,

Заключающее добро и боль.

Быть матерью –

Должно быть призвание.

И я не удивлюсь,

Если временем не смазано,

В контакте статус твой

Типа: «Я мать» –

И этим всё сказано.

Ты не переживай за нас,

Если трудные ситуации –

Бывает всякое,

Лишь бы только,

На полпути не останавливаться.

Со мной бывало такое,

Когда депресняк накроет,

Но вспоминал твои слова,

И где-то внутри

Становилось как-то спокойнее.

Да и преждевременно

Случалось точно так же.

Помню, как ты, мам,

Читала мне, маленькому,

Старые сказки на ночь.

Ну ты уставшая тогда была,

В строках путалась,

А я наизусть всё знал

И поправлял тебя,

Прерывая твой сонный голос.

Но, тем не менее,

Пока шло это прочтение,

Где-то глубоко становилось ровнее,

И засыпал организм,

Не спросив моего разрешения.

 

Но перейдём в век,

Занятый и довольно разный.

Пока свежо на памяти,

Хочу поздравить, мам, тебя

С этим замечательным праздником.

Но толи я забыл когда,

А толи календарь сбился…

Короче, всё,

Что я хотел сказать,

Я указал в записке.

Плюс по такому поводу

Хотели что-нибудь сделать:

Ну там раздать стихи,

Выучить монолог,

Купить фруктов спелых…

И мы собирались

На пару репетиций,

Но нас отпустили,

(Не указав название

Данной амнистии).

 

Ну по большому счёту

Уже всё сказано…

Ты всё поймёшь и так,

И я не буду повторяться,

Не буду пересказывать.

Да и в конец

Откидывает ручка «ласты»,

По ходу в ней кончается

Масленая паста

С ионной связью.
_____________________

"Урбан восхода"

На столе оставив записку

Типа: «Приду с рассветом»,

В коридоре одеваю чёрные кроссы

Для отдыха и свободного времени,

Застегиваю молнию олимпийки,

И чтобы не будить всех,

Выхожу из дома и за собой

Медленно закрываю железную дверь.

Сейчас на улице свежо,

Гроздьями роса на листьях,

И утренний туман начинает

Конденсироваться на ресницах.

На небе ещё звезды,

Как будто сейчас вечер,

Но голос утреннего леса

О противоположном щебечет.

А я вперёд рванул

Короткими перебежками:

Мне надо точно по времени

Оказаться на плановой «конечной».

Восемьсот метров вдаль…

Монета вверх: орёл или решка?

Пойдёт всё как по маслу

Или мечту в дребезги?

А в это время гравий

Постепенно с травой смешивается,

И сопка, вздыбевшись,

Стоит, как угол внешний.

Я по траве взбираюсь к её вершине,

Но, отнюдь, не снежной,

Но силы стали во мне не те,

Точнее, не прежние.

А на вершине той стоит

Позолоченный христианский крест –

Особая радость внутри,

Посланная милостью Небес.

Он в полдень проливает

Над головами золотой свет

И греет глаза оранжевым,

Когда солнце уходит на west…

Я пришёл по времени,

Хоть и не знал когда точно –

Передо мной забрезжил свет,

Означающий конец ночи.

Во мне от мыслей

Остались только лишь клочья,

И привыкшие к темноте,

Начинают щуриться очи.

Небо начало светлеть,

Стало бледно-голубоватым;

И звёзды, будто лёд, с востока

Медленно и постепенно тают,

Становясь еле видимыми,

И одна за другой полностью исчезают,

А на другом конце горизонта

До сих пор сияют в 24 карата.

И когда одна седьмая купола

Стала желто-оранжевой,

На горизонте появились серые облака,

Как будто отблеск в «негатив» покрашенный,

И облако приняло определённую форму,

Трудно поверить, что это небо наше.

В такие минуты,

Сознание становится старше.

Тогда я мельком взгляд убрал

С горизонта, чуть пониже

В километрах пяти шли фуры,

Гружённые товарами из Парижа,

Но свет фонарей деревни

Казался мне как-то ближе…

Со стороны смотрел,

Чувствовал себя лишним…

А в это время

Облачная серая прослойка

Начинает сформировываться

Как будто в урбан на фоне восхода:

Вырисовываются многоэтажки,

Стоящие почти на линии горизонта,

А фон светлеет,

И выделяется реально силуэт города.

Он будто в смоге стоит –

Контур его не чёткий,

Но на таком фоне, собственно,

Всё и так в зачёте

Или как в зное – воздух раскалён,

И видно как через перчатки…

Вид убаюкивает всё внутри

А пальцам сейчас бы чётки.

Нет, я абсолютно трезвый,

И это точно мне не снится,

Всё полностью реально,

Хоть и самому не верится.

От ветра слёзы немного выступили –

Вот и в глазах двоится.

Солёная капля с ресниц,

Стекая по щеке, искрится.

А мне кажется, слышу

Характерные звуковые волны:

Из тысяч сливающихся сигналов

Автомобильных клаксонов,

Из стуков по рельсам

Трамваев и различных поездов,

Из звуков предприятий,

Создающих собственный обертон…

Ну а на самом деле

Стоит тишина гробовая –

На улице ни звука, ни шороха –

Даже в ушах закладывает.

Пока все спят,

Молчание невероятное,

Только ветер в полях

Медленно сам себе напевает.

И он со свистом пронизывает

Мою чёрную куртку,

А я не обращаю внимания

На эти его поступки.

Весь взгляд прикован к «городу» –

Смотреть бы на него сутки…

В этом явлении природы

Заключена какая-то суть.

Серый облик «города»

Постепенно меняется:

Как будто высотки строятся,

От старости разрушаются,

А на их месте потом

Новые здания сооружаются,

И пробелы, как улицы между «домами»,

Потихоньку сужаются.

И «город» замер на минуту

В идеальном состоянии.

Всё лаконично: от высоты «небоскрёбов»

До «междомовых» расстояний.

Сейчас лучше некуда,

А дальше пойдут противостояния…

И в голове поплыли мысли

О грустных дальнейших предстояниях…

Он начинает бледнеть

И растворятся в рассвете,

И вскоре полностью исчез,

В оранжевом солнечном свете,

И начали медленно плыть

Уже белого цвета солнечные кареты…,

А я только очнулся

И, думаю, видел Божественный свет!

____________________________________

"Пермский снег"

Опять зима, январь –

Второй месяц снега.

И несмотря на белые

«Набухшие» крыши,

Пермь стала ещё изящней

В своем оранжевом свете

Уличных фонарей –

Неотъемлемой части

Культурной столицы.

И от подобного вида у прохожих

Улыбка в глазах

И на замерзших лицах

Играет, как снег на солнце

В промежутках между

Постоянным движением.

И я как часть

Городского движения

Иду по улице белой

И слышу хруст под ногами,

Будто по хрусталю шагаю я.

Тем временем, снег оставляет

Мой след себе «на память».

Дохожу до конца улицы,

Знакомой раньше

Справа, пропустив, ларек,

За время моего

Отсутствия здесь,

Уже изрядно перекрашенный.

 Пока дошел до остановки,

Глаза под массой

Снежных хлопьев

Начинают смыкаться.

А снег все падает,

Примерно под углом

В пятнадцать градусов,

И что-то внутри невольно

Начинает этому восхищаться.

В шестнадцать лет

Это, пожалуй, единственное,

Что улыбаться ещё заставляет.

 

Ну вот и мой автобус –

Сюда поворачивает.

Сбавляет ход,

Но по мокрому снегу

Сетру ещё пару метров тащит.

Поднимаюсь на скользкую ступень,

Металлом окантованную.

Посадка окончена,

И водитель прощается

С остановкой «Рабочий посёлок».

Через две «станции»

Мой пункт назначения,

В салоне жарко,

И я останусь у дверей –

Тут воздух более свежий.

Автобус тормозит напротив

Подарочного отдела…

Дороги разошлись,

И он тронулся дальше,

Поднимая вьюгообразный веер.

Зашел я в подарки –

Теперь можно обратно.

Пойду неспешно

По культурной столице,

Бережно окутанной снегом.

И понятно, …

 Что это доставит

Необъяснимое удовольствие –

По ночному освещенному городу

Идти как пленник

Воли и вольности,

Смотреть, как снег

Под ботинками искрится

От уличных фонарей,

И как в три часа ночи

Небо не перестает светиться

Бледно-оранжевой прослойкой.

Как-будто солнце снова всходит,

Но только вот

На противоположном горизонте.

 

Сквозь два квартала,

Как задумано в плане,

Выхожу на берег

Моей любимой реки.

— «Ну, здравствуй, Кама!»

Я помню, как ты синей была

В теплые дни знойного лета.

Теперь у берега лёд;

Но всё же слышу шум,

Умиротворяющий этот,

Который говорит:

«Послушай, остановись…»

И можно этот край

Бесконечно смотреть и слушать,

Но холодные массы воздуха

С поверхности воды

Пронизывают покровы кожи…

Пойду по тротуару.

Здесь без ветра – теплее.

Изменяю маршрут,

Чтобы по парку Свердлова

Пройти по знакомым аллеям.

Где вдоль очищенных дорожек

Железные белые арки

Уже потрепанные влагой и временем,

Освещённые от по бокам стоящих

Уличных фонарей

Желто-оранжевым светом.

Да, зимой тут классно,

Но, к сожалению, парк не вечен.

Поднимаюсь по ступеням

На тротуар. Ну что ж, прощай,

До новой встречи.

Выхожу из парка,

Ведь мне нужно дальше.

Перехожу через дорогу и поворачиваю

К, рядом стоящим,

Девятиэтажным зданиям.

Скоро будет светать,

И голову в сон клонит.

Железную дверь открываю ключом,

Чтоб родных не будить

Возгласами домофона.

 

А днем опять

Улицы наполнят прохожие,

На фоне белого

Пермского снега,

Хоть и спешащие по делам похоже,

Всё же засматриваются

На кристаллы

Понятые, но не повторные,

Поднимая веки,

Тяжелые от севших полотном

Снежных хлопьев.

И чувствуют на плече,

Будто Десницу Бога

От снега,

Оставшегося на куртке,

И подходя к замёрзшим,

Расписанным утренним холодом окнам.

______________________________________________

Работа Софьи Дьяковой

"Сцена в моем сердце"

 

Вдох... Выдох... Главное не волноваться!

            Вдох... Выдох... Роль знаю хорошо!

            Вдох... Выдох... Шаг вперед... Свет ослепляет!

            Вдох... Выдох... Первое слово... Я знаю! Я — в своей стихии! Сцена — моя жизнь!

 

            С раннего детства выступаю на сцене. Я никогда этого не боялась. Когда другие нервничали и волновались, смело шла вперед. Всегда казалось, что своей уверенностью я заражу остальных — и все получится!

            Я не знаю, почему я так люблю сцену, люблю играть, люблю жить ролью. Возможно, у меня это в крови и в сердце... Моя бабушка — Дарья Петровна и дедушка — Александр Михайлович Кожевниковы всегда были на сцене.

            Возможно, многие помнят эту чудесную пару. Дедушка играл на баяне, а бабушка пела. Что за голос у моей бабушки, её можно слушать часами... Нежные переливы, похожие на звон колокольчиков. Голосом она может показать все чувства и эмоции. Очень люблю слушать ее пение.

            Другая бабушка — Ираида Александровна очень любит танцевать. Она слышит музыку и улавливает любой ритм. Сейчас ей 73, но она с радостью пойдет на любую дискотеку и будет танцевать очень долго.

            Дальше  мама — Елена Александровна. Таких артистичных людей на свете мало. Она способна за секунду вжиться в любую роль. Мои братья Дмитрий и Андрей умеют все. Андрей унаследовал артистизм и харизму  от родителей, а Дмитрий — голос и любовь к музыке от дедушки.

            Я — полное слияние всех талантов  семьи: голос, артистизм, любовь к музыке, любовь к сцене... Первым человеком, который открыл мои таланты, была учительница музыки в детском саду — Светлана Сергеевна Тихомирова. "Ты была очень артистичным ребенком и никогда ничего не боялась" — говорит она. — "Теперь мне приятно видеть тебя на сцене в больших постановках и ролях".

            За 9 лет в школе наша маленькая труппа сыграла больше 5 спектаклей. С некоторыми мы выступали на районном конкурсе детских театральных коллективов в номинации "Драматический  спектакль". Мы играли спектакли: "Маленький принц", "Капитан Коко и зеленое стеклышко", где я была петухом. Мы были маленькими солдатами Брестской крепости, вожаками и воинами племен Солнца и Волков в спектакле  "Я буду любить тебя вечно...". В этом году мы играли спектакль по летней повести Юлии Вознесенской "Вдвоем на льдине". Действие происходило в детской онкологической больнице, и мы были врачами и больными детьми. Евгения Печникова в роли Юли Качуркиной и Максим Баянов в роли Романа Осина сыграли на сцене настоящую любовь... Плакали все...

 

           

            Вдох... Выдох... Последние слова!

            Вдох... Выдох... Сыграла вроде хорошо!

            Вдох... Выдох... Жюри, зал и руководитель улыбаются!

            Вдох... Выдох... Пора уходить... И совсем не хочется...

 

   

 

 

 

              

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

274